В обычном пожарном депо калифорнийского Ливермора висит необычный экспонат. Маленькая груша с угольной нитью горит… уже 120 лет.
Это Centennial Light («Лампа столетия»). Она включена с 1901 года почти без перерыва.
В чём секрет?
Вместо вольфрамовой нити — угольная, толщиной в пару миллиметров. Она светит тёплым жёлто-оранжевым, а не ослепительно-белым. Температура очень низкая — поэтому нить не перегорает.
Почему она жива?
Лампу почти никогда не выключали. Самый страшный враг для лампочки — не время, а термоциклы: включения и выключения. Они убивают даже новые лампы за пару лет. А здесь — полный покой.
Ирония судьбы
Производитель — компания Shelby Electric — давно разорился. Они сделали слишком надёжный продукт. Лампы не перегорали — никто не покупал новые.
Сможем ли мы повторить?
Нет. Современные стандарты энергоэффективности запрещают такие лампы: их КПД — менее 2%. Почти вся энергия уходит в тепло, а не в свет.
Это Centennial Light («Лампа столетия»). Она включена с 1901 года почти без перерыва.
В чём секрет?
Вместо вольфрамовой нити — угольная, толщиной в пару миллиметров. Она светит тёплым жёлто-оранжевым, а не ослепительно-белым. Температура очень низкая — поэтому нить не перегорает.
Почему она жива?
Лампу почти никогда не выключали. Самый страшный враг для лампочки — не время, а термоциклы: включения и выключения. Они убивают даже новые лампы за пару лет. А здесь — полный покой.
Ирония судьбы
Производитель — компания Shelby Electric — давно разорился. Они сделали слишком надёжный продукт. Лампы не перегорали — никто не покупал новые.
Сможем ли мы повторить?
Нет. Современные стандарты энергоэффективности запрещают такие лампы: их КПД — менее 2%. Почти вся энергия уходит в тепло, а не в свет.